Мне приятно, что у меня красивый почерк (Анастасия Бреусова)


Сергей Михайлович Бреусов, папа:

История почерка Насти до «Каллиграфа» — грустная. Она началась в детском садике, когда дочери было лет 5 или 6. Там её учили писать прописными буквами, но они были кривыми и косыми. Вероятно, это было связано с проблемами зрения — астигматизмом и близорукостью: дочь уже тогда носила очки.

Потом Анастасия стала школьницей, но и здесь что-то пошло не так: она продолжала черкать, как курица лапой. К плохому письму прибавились трудности с грамматикой. Был случай, когда после диктанта Настю неожиданно вызвали к доске. Девочка вышла, стояла перед всем классом, была очень напугана, дрожала, ожидала чего-то очень плохого. И действительно, педагог сказала, что по содержанию её работа написана на «5», а по грамотности — на «2». Мы с женой были этим очень обеспокоены. Когда дочке было лет 8, вместе стали ходить в «Триумф» к «почерковедческому» репетитору, который взялся помочь исправить настины каракули. Однако ребёнок там ничего не получил, пользы это не принесло. Наоборот, в третьем классе дочь принялась ещё и «мельчить» буквы. Они выглядели такими маленькими, что были похожи на муравьёв…

Результаты учёбы стали видны с первых занятий. Уже на пятом уроке — буквы ровненькие, чёткие, всё видно и читаемо.

В июле они с мамой сходили на пробный урок в «Каллиграфъ». Идея летнего курса коррекции почерка была мной поддержана. В нашей семье вообще приветствуются курсы для развития, чтобы у ребёнка было хорошее образование. Я посетил несколько уроков и сделал вывод: Татьяна Михайловна Леонтьева — прекрасный учитель и очень тонкий психолог. Она знает, когда нужно похвалить, а когда — отчитать, чтобы дети начали делать правильно. Результаты учёбы стали видны с первых занятий. Уже на пятом уроке — буквы ровненькие, чёткие, всё видно и читаемо. Нашей маме я сказал: «Надо на двери повесить образцы почерка до и после, чтобы она смотрела и не расслаблялась, не скатывалась». Скорость письма у Насти с каждым днём всё прибавляется, сейчас она перегоняет свою группу. Курс заканчивает на «отлично».

Вчера видел образец нового почерка ребёнка — что говорить, это просто классно! А ведь до этого порой даже не мог понять, что у неё в тетради написано…


Анастасия Бреусова, 11 лет:

У меня письмо было аккуратным, круглым, без зачёркиваний, но оно мне не нравилось. О моих работах никогда никто восхищённо не говорил: «Смотрите, какой почерк!», от этого мне было грустно. Больше всего буквы испортились во втором и третьем классах от диктантов, когда учительница поторапливала: «Пишите быстрее!.. Повторять не буду!..». А когда все торопятся, то одни всё делают аккуратно — и отстают, а другие пишут быстро — и некрасиво.

Сначала я не хотела идти в «Каллиграфъ»: летом хотелось съездить на море, а тут писанина. Но после первых уроков стало интересно, и я не пожалела, что пришла. Мне приятно, что у меня красивый почерк на хорошей скорости. С ним легче учиться в школе, больше уверенности в себе и своих силах. Он мне так нравится!


      


Образец почерка Анастасии Бреусовой до и после «Каллиграфа»