Зачем вам этот почерк? (Максим Мищенко)


С первого класса мой почерк был корявым, а все буквы — слишком широкими и высокими. В школе даже говорили, что проверять мои работы не хочется — такой плохой почерк у меня был… 

Когда пришёл в «Каллиграфъ», мне понравилась учительница — Татьяна Михайловна Леонтьева. С первого дня учёбы у меня буквы стали красивыми, а потом я начал писать новым почерком быстро. Тем ребятам, у кого почерк неразборчивый, я бы хотел посоветовать не откладывать его исправление. Сначала и я думал, что это сложно, что я не смогу, что получится, как обычно. А потом начинаешь привыкать к новому почерку, что можешь писать им на хорошей скорости и красиво.


Татьяна Геннадьевна Страшная, бабушка:

Об омском центре коррекции почерка «Каллиграфъ» я услышала лет пять назад, когда Максиму было ещё 2 года. Прочитала в газете о том, что москвичи приезжали в Омск за каллиграфическим и быстрым почерком и заинтересовалась. Подумала уже тогда, что в будущем и нам такой почерк пригодится. И когда Максим пошёл в школу, то мы решили, что ребёнка надо учить письму. Школа у нас хорошая, но так, как учит письму Леонтьева, не учат больше нигде. Я помню, как меня учили писать в детстве красивым почерком, так вот у неё очень похоже.

Мне говорили: «Зачем вам этот почерк? Сейчас интернет, сейчас всё печатают компьютеры». Я отвечала: «На компьютерах они не скоро печатать будут. Пока учится в школе, писать придётся еще очень много».

На занятия Максим ходил с мамой. Та была в восторге от Татьяны Михайловны, от её руководства: дети все разные по возрасту, но Леонтьева сумела всех дисциплинировать, сплотить. Ребята друг другу помогали, проверяли друг у друга задания. Максим — ребёнок очень подвижный, энергичный, я не ожидала, что он будет самостоятельно заниматься своим почерком, даже после окончания курса. А он сейчас утром встаёт и начинает тренировать красоту и скорость письма.         

Мне говорили: «Зачем вам этот почерк? Сейчас интернет, сейчас всё печатают компьютеры». Я отвечала: «На компьютерах они не скоро печатать будут. Пока учится в школе, писать придётся еще очень много».


   


Образец почерка Максима Мищенко до и после «Каллиграфа»